Заговоры и убийство Калигулы

Помимо неудавшегося заговора Гетулика и Лепида, против Калигулы были составлены заговоры Макрона и Гемелла, Секста Папиния и Аниция Цериала и Бетилиена Басса и Бетилиена Капитона, но они тоже были раскрыты. Оппозицию Калигуле составляли также философы Юлий Кан и Юлий Грецин.

Калигуле стало совершенно ясно, что оппозиция сената принципиальна, и он не делал больше попыток с ним примириться. После раскрытия заговора, говорят, он перед сенатом ударил по своему мечу и воскликнул: «Я приду, приду, и он со мной вместе». Из-за всего этого вольноотпущенник Калигулы Протоген стал носить рядом с ним две книжки, назывaвшиеся «Меч» и «Кинжал», куда были занесены подлежащие казни. Несмотря на это, к новой попытке прибегли Кассий Херея, Анний Винициан и сенаторы Публий Ноний Аспренат и Луций Норбан Бальб. Дата убийства была назначена на Палатинские игры, 17 января 41 г. Однако опасались одного из телохранителей Калигулы, сильного и брутального германца и того, что во время игр Калигула мог отправиться в Александрию. Однако Гай появился на церемониях и утром вошёл в оккупированный толпой театр, где давали пьесы Катулла. Поскольку Калигула имел обычай в середине дня отправляться в баню и на второй завтрак, заговорщики планировали напасть на него в одном из узких переходов. Однако Гай в этот день решил остаться. Винициан решил предупредить Херею, что момент упущен, но Гай придержал край его тоги и дружеским тоном спросил, куда он идёт и Винициан сел. Аспренат, не выдержав, стал советовать ему покинуть театр. Когда наконец Гай со своей свитой стал выходить, дядя Калигулы, Клавдий, Марк Виниций и Валерий Азиатик приготовились. Калигула шел со своим другом Павлом Аррунцием и вдруг решил срезать путь к баням. По дороге Гай остановился чтобы поговорить с молодёжью и за это время заговорщики успели переместиться. Херея спросил у него традиционный вульгарный пароль, которым Гай подтрунивал над ним, и услышал обычный язвительный ответ, что было условным сигналом (по другой версии Гай сказал «Юпитер», на что Херея бросил «accipe ratum» — «получай свое»). Гай получил несильный удар между шеей и плечами и попытался бежать, но один из заговорщиков, Сабин, нанёс ему второй. Заговорщики окружили Гая, и Херея крикнул Сабину формулу, традиционно использовавшуюся при жертвоприношении — «hoc age», после чего Сабин нанёс очередной удар в грудь. После того как один из кинжалов попал в челюсть, заговорщики нанесли еще ряд ударов уже мёртвому телу.

Позднее Агриппа перенёс тело Гая в Ламиевы сады — императорскую собственность на Эсквилине, за пределами Рима, где труп был кремирован, а прах был помещён во временную могилу. Говорили, что призрак Калигулы бродил какое-то время по Ламиевым садам пока тело не было надлежащим образом захоронено.